В данной статье представлен клинический случай пациента с патологическим гемблингом и коморбидным ему обсессивно-компульсивным расстройством личности, акцентуированной по шизоидному типу. Дано описание трансформации клинической картины при переходе с офлайн гемблинга на онлайн гемблинг. Пациент был единственным в клинике, кто пребывал столь длительный период реабилитации с игровой зависимостью. Надо отметить, что в клинике Национального научного центра наркологии – филиала ФГБУ «НМИЦ ПН им. В. П. Сербского» МЗ РФ больные с нехимической зависимостью – редкость, не более 10 человек за год, в течение последних лет, на фоне в десятки раз превышающего их числа пациентов с химическими аддикциями. Несмотря на то, что на первом месте при терапии расстройств игровой зависимости находится психотерапия, а фармакотерапия рассматривается как имеющая лишь вспомогательной эффект, при сочетании с психотерапией стоит отметить частую встречаемость психической патологии, так и химических аддикций у пациентов с расстройствами игровой зависимости и необходимость ее фармакологического лечения. С учетом стигматизации психических расстройств и психофармакотерапии в целом, что демонстрирует данный случай, пациенты часто ограничиваются лишь одной психотерапией, чего, естественно, часто бывает недостаточно. Авторы считают, что использование современных интернет-технологий для азартных игр требует дополнительного изучения. Вполне возможно, что и выделение онлайн гемблинга в отдельную от офлайн гемблинга рубрификацию в проекте МКБ-11 является вполне оправданным. Отметим, что помимо использования интернета, как фактора, увеличивающего аддиктивный потенциал для той или иной азартной игры, обращает на себя внимание не только то, онлайн или офлайн в неё играют, но и структура самой игры. Так, азартные игры с наиболее простой структурой, где минимум зависит от человека, а максимум от стечения вероятностей, имеющие наиболее сильный визуальный эффект и быстроту одной партии: «фруктовые машины» – слоты, ставки на спорт и т. д., имеют, по всей видимости, больший аддиктивный потенциал, вне зависимости от их онлайн или офлайн формы, при сравнении с иными азартными играми, вроде карт, будь то онлайн или офлайн карточные турниры. Но использование интернета помогает «заострить» их структуру ещё больше. Становится совершенным ясным, что так же, как и физическое пространство несколько лет назад, так интернет пространство должно иметь ряд ограничений для сайтов, предоставляющих клиентам возможность азартных игр. Бесконтрольные азартные игры в интернете ведут к финансовому краху, разрушенным семьям, депрессиям и суицидам в жизни реальной, возможно даже чаще, чем азартные игры офлайн. Фактор религиозности может послужить достаточно сильным терапевтическим ресурсом для лечения игромании, выполнять психогигиеническую роль, помочь в преодолении суицидальных тенденций, которые часто встречаются у лиц с игровой зависимостью. Вместе с тем, при замалчивании или отказе от обсуждения данной тематики в рамках официальной конфессии, за дело немедленно будут браться разного рода религиозные организации с репутацией сомнительной.

Учитывая растущий интерес мирового научного сообщества к проблеме патологической увлеченности азартными играми, новизну проблематики появившихся за последние годы азартных онлайн игр, вопросы коморбидности иной психической и аддиктивной патологии, мы считаем важным уделить внимание подобного рода клиническому случаю, в рамках данной статьи. Отметим, что в планируемой к выходу Международной классификации болезней 11-го пересмотра (МКБ-11), гемблинг онлайн предполагается включить отдельной категорией, отличной от традиционного гемблинга и интернет-гейминговой зависимости, что заставляет задуматься о необходимости углубленного изучения клиники, дифференциальной диагностики и терапии данного расстройства.

1. Fauth-Bühler, M., Mann, K., & Potenza, M. N. (2016). Pathological gambling: A review of the neurobiological evidence relevant for its classification as an addictive disorder.Addiction Biology,22(4), 885–897. doi: 10.1111/adb.12378

2. Håkansson, A., Mårdhed, E., & Zaar, M. (2017). Who Seeks Treatment When Medicine Opens the Door to Pathological Gambling Patients–Psychiatric Comorbidity and Heavy Predominance of Online Gambling. Frontiers in Psychiatry,8. doi: 10.3389/fpsyt.2017.00255

3. Cooper, Marc. «Sit and spin. How slot machines give gamblers the business». Atlantic Monthly 296.5 (2005): 121 https://www.theatlantic.com/magazine/archive/2005/12/sit-and-spin/304392/

4. Petry, N. M. (2006). Internet gambling: An emerging concern in family practice medicine? Family Practice, 23(4), 421–426. doi: 10.1093/fampra/cml005

5. Mcbride, J., & Derevensky, J. (2008). Internet Gambling Behavior in a Sample of Online Gamblers. International Journal of Mental Health and Addiction, 7(1), 149–167. doi: 10.1007/s11469–008–9169-x

6. Griffiths, M. (2003). Internet Gambling: Issues, Concerns and Recommendations. CyberPsychology & Behavior,6(6), 557–568. doi: 10.1089/109493103322725333

7. Chóliz, M. (2015). The Challenge of Online Gam_ bling: The Effect of Legalization on the Increase in Online Gambling Addiction. Journal of Gambling Studies, 32(2), 749–756. doi: 10.1007/s10899–015–9558–6

8. Chóliz M., Marcos M., & Lázaro-Mateo, J. (2019). The Risk of Online Gambling: A Study of Gambling Disorder Prevalence Rates in Spain. International Journal of Mental Health and Addiction. doi: 10.1007/s11469–019–00067–4

9. Durdle, H., Gorey, K. M., & Stewart, S. H. (2008). A Meta-Analysis Examining the Relations among Pathological Gambling, Obsessive-Compulsive Disorder, and Obsessive-Compulsive Traits. Psychological Reports, 103(2), 485–498. doi: 10.2466/pr0.103.2.485–498

10. Medeiros, G. C., & Grant, J. E. (2018). Gambling disorder and obsessive–compulsive personality disorder: A frequent but understudied comorbidity. Journal of Behavioral Addictions, 7(2), 366–374. doi: 10.1556/2006.7.2018.50

11. Grant, J. E., & Odlaug, B. L. (2010). Impulse control disorders. Cognitive-behavioral Therapy for Refractory Cases: Turning Failure into Success., 231–254. doi: 10.1037/12070–011

12. Reed, G. M., et al. (2019). Innovations and changes in the ICD-11 classification of mental, behavioural and neurodevelopmental disorders. World Psychiatry, 18(1), 3–19. doi: 10.1002/wps.20611